Постукивая большими пальцами по рулю, не глядя на спидометр, отбражавший среднюю скорость передвижения по скоростному шоссе, Джо без слов подпевала старой, просто древней песне, ни названия которой, ни текста не помнила. Там было что-то про странное лицо в незнакомом месте, и том, что что-то в этом месте было не так. Что же, песня была прямо в точку: Харвелл как раз направлялась в одно из таких местечек. Если судить по недавним статейкам, которые охотница имела неудовольствие читать вперемешку с зевками, где-то тут бродит нечто, смахивающее на отсталый подвид зомби. Или гулей? Или вообще вендиго? Хотя нет, вендиго не показываются на глаза людям, предпочитая прятаться. Гули вообще охотятся семьями… Харвелл вздохнула и сбросила скорость – уставшие глаза могли сыграть злую шутку, исказив тени сугробов в неверном свете в силуэт какой-нибудь нечисти.
В последнее время девушка вообще была неуверенна, что ей стоит делать вылазки на охоту: раньше можно было спокойно выслеживать призраков и прочую шваль, еще более спокойно с ней разбираться и отбывать восвояси. Но что случилось с миром? Что за напасть произошла, если теперь в одном месте может водиться столько тварей, да еще таких видов, которые вместе раньше никогда не жили! Что происходит?!
Выдох. А как она думала? Происходит конец света, ведь она из первых уст слышала, разве нет? Можно сказать, её предупреждали, давали знаки и всячески предостерегали. Но в итоге Харвелл снова сорвалась, ибо охота – не хобби, а образ жизни. Охота это и есть жизнь, особенно для такой пропащей, как Джоанна.
Какая-то тень – олень?! – дернулась в сторону автомобильных огней. Харвелл сдала по тормозам, рассчитывая, что едва не сбила животное, но каково же было её удивление, когда это оказался… человек.
«Мать твою, откуда ты взялся? Тут лес кругом, что, бегать негде!»
Колодки заскребли по диску – визг преследовал её еще несколько метров по гололеду, но зимняя шина справилась, и автомобиль остановился. Сжимая руль под завывающее окончание песни, Харвелл первым делом выключила радио, а вторым взяла с пассажирского сидения обрез, заряженный освященными пулями. Мало ли кто выскочил, может, кто из недобитых тварей решил поквитаться?
«Нашел время, чтоб его».
Переложив оружие в другую руку, вырубила мотор, вытащила ключи и сунула в карман куртки. Открыла дверь – и мигом холодный ветер надул чутка снега. Сцепив зубы, вышла из машины, но, не успев и дверь закрыть, увидела, что за – «все-таки человек, хотя от оленя не слишком отличается» - неизвестным бежит нечто, издающее гортанные звуки. Поудобнее устроив обрез в правой руке – то бишь, вновь переложив его, - накинула на голову капюшон, ибо могло просквозить, а ей хватало и хронического кашля после первого снегопада, в который она попала в Мэне еще в октябре.
Еще две секунды, и девушка прицелилась ко второму силуэту, что ковылял и вел себя подозрительно. Как там говорилось? Сначала стреляем, потом задаем вопросы? Хороший девиз, как раз подходит.
Заряд улетел только так – раздался сильный выбух, отдача ударила в плечо, но стойка и прижатая к торсу рука снизили боль, пронзившую плечо и правую часть спины: та история с городом каннибалов, когда ей распороли руку и попытались съесть заживо, все еще отзывалась. Особенно в такую холодную погоду.
Силуэт упал, и девушка закрыла дверь машины. Все происходило достаточно быстро, но для Харвелл словно годы прошли, прежде чем она приблизилась к какому-то пареньку, одетому совершенно не по погоде. В нем было что-то смутно знакомое, но настолько смутно, что Джо мгновенно потеряла эту мысль и вернулась к более насущному.
- Не ранен? – и мгновенно, без остановки, но с указанием на лежащее в сорока шагах от них тело. – Твой приятель?

Окинув парня взглядом – «не ранен, ну и отлично, сам доковыляет до города», - охотница перевела взгляд на лежащее тело и без лишних слов двинулась к нему, так и не опустив обрез: жизнь научила её всегда быть наготове, да и кто знает, что это за существо.
«Если местный или еще какой больной, будет сложно объяснить его убийство», - как-то безысходно подумалось, но охотница отложила мысли такого рода на потом: надо проверить того, другого «парня».
Снег уже слегка припорошил новую застывшую фигуру, но непогода не сумела сделать только одно: скрыть запах. Запах тлеющего, гниющего мяса, примешанного к какой-то вони, навроде тех, что бывают на помойках или вблизи раскопанной могилы. Мертвый запах. Сморщившись, прикрыла рукавом нос и рот, подошла ближе. Крови было немного – больше осколков черепа и кровавых ошметков, но не крови. Из чего Харвелл сделала два заключения: этот труп был гораздо мертвее еще до ее выстрела, и она только что убила зомби.
«Чушь собачья», - охотница отошла от трупа, повернулась к парню; рука с оружием опустилась, ибо парень вряд ли представлял для нее опасность – он был готов бежать от нее, пускай она спасла ему жизнь. Ах да, он, видимо, об этом не знает: вон как дрожит. Или это от холода? Её мысли вернулись к трупу, пусть она поравнялась с парнем – до него оставалось всего шагов пять.
«Нельзя убить зомби просто так, выстрелом в голову. Эти твари так просто не сдаются».
Но вот она снова обернулась, словно остерегаясь, что зомби поднимется и бросится на нее, как обычно и бывало. Но нет – снег заметал все следы преступления, если убийство мертвого все еще так называются.
- Успокойся, - с хрипотцой сказала, и пару букв пропали, но этот приказ можно было разобрать даже по опущенному стволу: раз не направляет, то вряд ли хочет пристрелить. Прочистив горло, поморщилась от неприятной скребущей боли.
«Чертов кашель, снова пить ту гадскую настойку».
- Не замерз? – окинув парня взглядом, с укором усмехнулась. – Пошли, в машине согреешься. Тут нам больше делать нечего.
Что она имела в виду – вопрос хороший, но Харвелл не произнесла больше ни слова: отправилась к старому кадилаку, в котором сейчас было гораздо теплее и уютнее, чем на шоссе.
Снова шел снег. Джо устала от него, и снова хотела лета, но увы: зима наступила на всем континенте. Она слышала, что даже в Африке был снежный буран, но что только не услышишь в этих дрянных новостях.
Усевшись в машину, подождала, пока парень решится сесть на странно-чистое пассажирское сидение (просто Джо недавно останавливалась на заправке, и сгребла весь мусор, чем могла неимоверно гордиться). Обрез так и лежал у нее на коленях, а сама она словно ожидала какого-то знака. На само же деле охотница прикидывала свои шансы на поиск каких-либо зацепок в это время и с этим неожиданно спасенным. Не лучше ли вернуться в город?
«Он что-то говорил про похищение».
- Где ты живешь? – первым делом поинтересовалась, ибо от этого зависело несколько догадок, возникших у девушки. Может, его утащили зомби? Или еще какая тварь, питающаяся… о, точно, вампиры! Взяли себе корм и таскали, а паренек смог выбраться. Но вампиры и зомби? Это что-то новенькое.
- Что-нибудь в лесу заметил? Какое-нибудь жилище или еще что, кроме твоего мертвого друга? – легкая улыбка, и она все-таки сбросила капюшон. Чуть занемевшие от холода пальцы пробежались по волосам, зачесывая их назад.

Ледяной винт боли вкручивался под лопатку с досадной педантичностью, из-за которой она положила левую руку на правое плечо, чуть сжав пальцы. Она как-то странно поморщилась - вроде от боли, а вроде от неприятной мысли, посетившей её и так не радужные размышления, возникающие сразу после ответов парня. Так, значит, этот зомби был недалеко отсюда. Час от часу не легче. Охотница только сейчас заметила, что напряженно вглядывается в лежащий на дороге труп, правой рукой сжимая обрез. «Нет, черт тебя дери, ты не можешь просто так умереть. Зомби просто так не умирают. Но если… вдруг ты не зомби, то кто? Кто еще как зомби, но не зомби?»
Это не мог быть человек – этот запах, чертовски отвратительный запах ни с чем не спутать, это был мертвый запах, запах зомби. Но если он все еще лежит там, без большей части головы, и даже не шевелится, то это не значит, что это не зомби. Харвелл почувствовала, что голова идет кругом, посему сфокусировалась на более понятном и определенном – пока частично: пареньке, что с настойчивым интересом разглядывал ее.
«Ну уж нет, нянькой я не буду».
- Огайо, - коротко, не определяя точное месторасположения: парень и так догадается, что ему до дома неблизко. Лениво взглянула на него, выслушивая про речушку из сточных вод. «Надо бы напоить святой водой – вдруг и вправду нечисть? Хотя на знак на потолке не реагирует… пока нет».
- Пить хочешь? – вместо ответа на вопросы, потянула на заднее сидение и, стиснув зубы от неприятной ноющей боли в плече, достала бутыль воды. Освященной воды. Протянула пареньку, представившемуся Адамом. Молча достала ключи, завела машину.
Что ему сказать? Что это не его дело? Или что у нее нет телефонов, но от них ломится бардачок? Лучше молчать. Молчание всегда спасает положение, пусть даже он начнет требовать правды, истины и так далее. Правда лично ей не приносила ничего кроме бед и разочарований. Может, этому похищенному тоже не стоит знать правды.
- Мы покатаемся немного, - спокойный голос, усталый взгляд на Адама. – И я подкину тебя до города. Позвонишь оттуда.
Переведя взор на дорогу, нажала на педаль газа – кадилак медленно тронулся с места, неспешно прокатился мимо все также лежащего зомби. «Надо проверить на обратном пути».

Он не видел, как она краем глаза следила за ним. Опрокидывает бутылку с водой, жадно пьет – давненько не прикладывался, а? Никакой реакции, кроме удовлетворенного насыщения. Джо полностью переключается на дорогу и свои мысли, отстав от парня, прошедшего первый этап проверки. Доверяет ли она ему? Странный вопрос, если речь идет об охотнике.
- Дверь закрой, - её голос раздраженно дернулся; в нем проскользнула искра гнева, сдерживающийся ею бесконечно долгие недели. Харвелл как-то возмущенно выдохнула и постаралась выровнять дыхание – «он не понимает, у него шок, успокойся». Только сказать это самой себе гораздо проще, нежели заставить себя успокоиться. Уставив локоть на выступающую обивку двери, одной рукой вела кадилак, не заботясь о том, что парень выхватит обрез с ее колен и приставит к ее голове – вряд ли в таком состоянии можно провернуть такую аферу. Да и на мошенника-афериста он не был похож.
Бросив еще один взгляд на парня, что окончательно отвлекся на созерцание леса, Джонна вздохнула, приложив пальцы той руки, что упиралась в дверь, к губам. Холодные, но все еще сумеющие нажать курок или обхватить рукоять ножа, чтобы дать отпор даже Снежному Человеку, если тот решит выскочить из-за очередной гряды деревьев. Шрамы на ладонях болели, плечо ныло, и Харвелл почти полностью ушла в свои мысли, на автомате глядя по сторонам в поисках хоть какого-то въезда. Или чего-то похожего.

Ветер решил устроить им небольшой снежный занавес из снега, и видимость снизилась. Во избежание всяких аварий и тому подобное, Джо сбросила скорость, и теперь они ползли – если скорость в двадцать миль можно назвать «скоростью». Она не заметила, как покусывает кожу фаланг, вновь возвращаясь мыслями к тому времени, к которому возвращаться не стоило. Снова промелькнули образы прошедших дней, темные воспоминания, которые лучше вычеркнуть из своей жизни, но… Она не могла. Сколько раз пыталась и не могла. Жажда получить «должок» опять и снова нашептывала на ухо негодные мысли, за которые – она точно знала – можно поплатиться. И никто не придет на помощь, никто, черт подери, не спасет от последствий.
Не поэтому ли она перестала охотиться? Не поэтому ли решила в кои-то веки вылезть из своей норы, прекратить отшельничество и снова взяться за старое?
«Это не привычка, дьявол, не как бросить курить и начать заново, сделав всего одну затяжку».
Только вот в чем беда – это было именно так. Она сделала эту затяжку: приехала в Синтиану, прочитав те статьи; она затянулась еще разок, решив после разговора с местными отправиться на «разведку». А перед этим что было, а? Она просто так решила прикупить оружие на честно заработанные деньги? Просто чтобы было, чтобы лежало в багажнике, грея душу?
Да нет. Вовсе не поэтому.
Просто ей надоели кошмары о монстрах, что вылазят из-под ее кровати и начинают поедать ее мать, внезапно ожившего отца, Бобби, Джона… Дина. А она смотрела и не могла пошевелить и пальцем. Не могла, потому что кто-то держал ее за руку и говорил «умница, так и должно быть, так и должно».

Она не сразу услышала голос парня с соседнего сидения. Уйдя в себя, она забыла все, что касалось недавно спасенного: имя, история, причины и следствия. Но она слушала его, сомкнув губы, сжав пальцы свободной руки в кулак – не сильно, просто собрав их вместе. Потому что вот еще одна история чьей-то разбитой жизни, разрушенной кровожадными монстрами.
«Так и должно быть».
Ее передернуло от этой мысли, произнесенной в ее голове голосом проклятой твари, из-за которой всю долгую зиму она страдает от болей в плече и желании пустить себе пулю в висок. Но она была слишком упряма, чтобы так легко сдаться, слишком жадная, чтобы так мелочно променять свой второй шанс.
- Послушай… Адам, - она вспомнила его имя, но всё же ее обращение прозвучало с паузой, которая лично Джо показалась слишком безразличной. Охотница выровнялась на сидении, провела левой рукой по лицу, смахивая усталость и свои собственные мысли.
- Не думай об этом, окей? Так и с ума сойти недолго, - невеселая улыбка, в которой ощущается огромное понимание. Она не сказала «понимаю», но она сказала так, что это слово почувствовалось намного лучше, чем если бы оно было озвучено.
- Позвонишь домой, возьмешь билет до своего города, встретишься с мамой, и все будет по-прежнему.
«Ничего по-прежнему не будет, и вряд ли у тебя дома будет все как прежде, и вряд ли…»
- Смотри-ка, - от шоссе отделялась проезженная полоса, извивающаяся между деревьев. Харвелл с облегчением взглянула на Адама, улыбнулась. – Посмотрим, что за бабушка живет в домике.

Шутки шутками, а вскоре они подъехали к воротам. Девушка остановилась в паре метров, присматриваясь к силуэту огромного не домика – особняка, что грузно и мрачно нависал над ними, пусть оставался в достаточно отдалении.
«Пишите письма семейке Адамс, возвращайте письма с возмущениями компаниям – я нашла домик злобной ведьмы, прячущейся за дверью из печенек».
Обрез она уложила на пол позади пассажирского сидения – нечего разгуливать с таким массивным оружием. Сделала парню знак, чтобы ждал, а сама вылезла из кадилака, хлопнула дверью. Обошла машину, открыла багажник, а затем отодрала обивку в определенном месте. Вытащила Глок 17, пришедший на смену ее излюбленному 19-му, утерянному где-то в двадцатых числах ноября.
В обойме ровно десять патронов.
«Если понадобится больше – дело дрянь».
Закрыв «потайник», багажник, сунула пистолет за пояс – естественно, поставив на предохранитель. Это была сложная операция: пуховик, кофта, холодный металл жег кожу, но она стоически и достаточно быстро все это проделала, потому что кто знает, кто знает.
Спустя несколько минут оказалась у ворот. Цепей не было, створки были просто прикрыты. Многозначительная надпись, извещающая, что это частные владения, и соваться без приглашения не стоит, удостоилась быстрого взгляда – девушка открыла ворота и вернулась к машине.

- Я пойду, осмотрюсь, - кивнув на устрашающее здание, Харвелл все же вытащила обрез, проверила наличие патронов. Пусто. Конечно, она же спустила их на того зомби, что еще – или уже нет? – лежит на шоссе, припорошенный снегом. Взглянула на Адама, протягивая обрез.
- Он не заряжен и не кусается, - ни доли смеха – серьезный и обстоятельный тон. – Если я не вернусь, то все плохо.
На сей многозначительной ноте вылезла из машины, в который раз нехотя привечая студеный северный ветер. Плечо вновь заныло, напоминая, что пора бы ей использовать левую руку для стрельбы, пусть она ей плохо управляла. Но если хочется жить…
Приблизившись к крыльцу, услышала позади шаги и развернулась вполоборота – за ней семенил Адам. Вскинув брови, не произнесла ни слова: мало ли, боится одиночества. После того, что парень ей рассказал, она бы сама вряд ли не начала бояться замкнутых пространств.
Но почему-то ее всегда настораживают подвалы.
Постучав во входную дверь, прислушалась. Секунда-другая, и вот раздались шаги. Харвелл сделала жест молчания, как-то доверительно-успокаивающе кивнула, мол, я буду говорить, а ты помалкивай.
Дверь открылась – бледный высокий пожилой мужчина в черном костюме дворецкого. Почему-то она ожидала увидеть зомби-дворецкого из старого сериала «Семейка Адамс», о которой подумала еще у ворот.
- Здравствуйте, я из управления шерифа, - потянулась за удостоверением в карман. – Бэт Колтрейн. Это Адам Смит, мой помощник, - краткий предупредительный взгляд на парня, заставляющий держать язык за зубами.
- Можно увидеть хозяина?
Дворецкий молча отошел, пропуская гостей внутрь. Джоанна прошла в эдакую обитель безумного гения, не озабоченного уборкой. Сколько она повидала подобных местечек? По пальцам вряд ли уже пересчитаешь.
- Верхнюю одежду, пожалуйста.
Она посмотрела на дворецкого, чуть сощурилась: странный аромат, исходивший от этого старичка, показался ей не слишком приятным. Словно у него воняло изо рта, или еще что-то. Шумно выдохнув сквозь ноздри, быстро расстегнула пуговицы пуховика, расстегнула замок и протянула дворецкому. Приняв куртку, мужчина посмотрел на Адама, но, не заметив явных признаков зимней одежды, кивнул и указал в сторону огромного проема.
- Господин примет вас в гостиной.
- Спасибо, - сухо, официально, почти без эмоций произнесла так, как обычно люди говорят «привет» едва знакомым людям. Медленно прошла в сторону гостиной, окинула помещение взглядом – быстрым, цепким, выделяя расположение мебели. В конечном итоге остановилась на мужчине, вряд ли особенно взрослом и уродливом, чтобы уединяться в таком «жилище». Во взгляде Харвелл мигом взвихрилась подозрительность.
- Здраствуйте, - процедила без улыбок, с профессиональной вежливостью любого «обслуживающего персонала», который умеет улыбаться по указке и говорить заученные слова так, словно они идут от самого сердца. – Бэт Колтрейн, управление шерифа. Адам Смит, мой помощник. Я хотела бы задать вам пару вопросов, мистер?..
Умолкла, выжидающе разглядывая «господина». Пистолет уже пригрелся к спине, но она держала руки свободными, опущенными вдоль тела, дабы если что, можно было выхватить ствол и хотя бы попытаться отстоять свои позиции.