[Совместно с Элайасом]

Тираэль задрал голову и, прищурившись, посмотрел на застывшее полуденное солнце. После прохлады зала консерватории, этот сон казался очень тихим, и очень... небольшим. Малое пространство, но с куда большим количеством деталей: место любимое, сюда часто возвращались мыслями, вырисовывая чуть ли не каждый листочек крапивы, росшей вдоль забора - в которую, конечно же, ангел и сделал свой первый шаг.
Элайаса долго искать не потребовалось. В паре футов от калитки в землю были врыты два столба, и с поперечной перекладины спускались крепкие веревки - качели. На них устроился сухощавый светловолосый мужчина со знакомой аурой. Тираэль помахал рукой в знак приветствия, позволяя отцу Кейну заметить улыбчивого подростка, материализовавшегося в его сне.
- Доброй ночи, Элайас!

В жизни у него было много имен – брат Элайас, потом отец Кейн, святой отец. Часто его называли куда менее вежливо, но это было последнее оскорбление что они роняли, следом за ним обычно с губ слетал предсмертный стон и пузырилась кровь. Но во сне, именно в этом, с залитым солнечным светом двором позади родительского дома, с прибитым на стену гаража волейбольной корзиной, с качелями, которые они до драки делили с сестрой, с соседской кошкой, которая пришла подремать на прогретом солнцем песочке, зная, что двое детей, если придут погладить Божью тварь, но точно не дернут за хвост, не пнут ногой, а может даже и перепадет внеплановая миска с молоком или рыбка. Здесь Элайас отдыхал от крови и смерти, которыми была полна его жизнь. Да и что говорить, другие сны тоже. Он крушил приспешников врага человеческого и днем и ночью, наяву и во сне. Но Господь в своем бесконечном милосердии дарил ему такое вот отдохновение, передышку. И отец Элайас, когда-то просто Элай, светловолосый мальчишка с ободранными коленками и локтями, сидя на качелях, щурил глаза на солнечный диск, чувствуя как он нагревает его черную ткань его простой рясы. В этом сне он всегда был один, и мог расслабиться и прикрыть глаза, но вдруг он услышал чей-то молодой голос.
И тот же момент он уже стоял на ногах, в боевой стойке, в любую минуту готовый вцепиться в горло пришельца хоть голыми руками.
- Кто ты?! – голос священника был требовательный, он привык задавать вопросы и получать ответы любым путем. – Откуда ты знаешь мое имя?! Назовись!
То что вошедший в его сон имел самый миролюбивый вид, расслабляться Элайас не думал.

- Мое имя Тираэль, - сообщил Тир, с улыбкой разводя руками - показывая, что в них нет оружия. Правда, при этом легко можно было заметить ангельский клинок, небрежно засунутый за ремень джинс. Мальчишка подошёл ещё ближе, встав почти вплотную к мужчине, посмотрел на Элайаса снизу вверх, чуть щурясь от солнечных лучей. - Я ангел. Ангел Господень.
И тут же, почти без паузы:
- Я рад, что ты добрался до этого города, - Тираэль склонил голову к плечу и продолжил, - было сложно... вести тебя. Но я рад. Потому что мы смогли встретиться, хоть и в твоём сне. Я знаю о тебе всё, Элайас. Всё, что ты когда-то доверял в молитвах, и даже то, что пытался утаить.
Мальчишка замолчал, улыбнулся. Кивнул своим мыслям.
- Ты привык быть один. Но помочь этим людям одному тебе не удастся.

- Я не один. Он всегда со мной, - тихо ответил Элайас, отпуская руки. В то, что его посетил именно ангел, он, мало кому доверяющий в этом мире, поверил сразу. Словно священник все ждал момента этой встречи и, наконец, его надежды сбылись. И агрессия ушла мгновенно, словно ее никогда и не бывало.
- То, что я делаю угодно Ему? – стальные глаза священника словно силились, проникнуть в самую суть пришельца, что бы узнать ответ на вопрос, который его действительно волновал. Слово Божие несло свет и мир, а он, Элайас Кейн, нес только смерть. Он не видел лиц, спасенных им людей, он был лишь исполнителем, он никогда не оборачивался назад, когда дело было сделано, когда нечисть была отправлена обратно в ад. Ему говорили, что надо сделать и он не задавал вопросов. Но даже самые уважаемые отцы церкви были тоже люди. А тут был такой шанс спросить практически напрямую.

Тираэль легко качнул головой и, обойдя Элайаса, сам уселся на качели. Оттолкнулся ногой и тут же поджал их под себя, пытаясь раскачаться - но носок кед шаркнул по вытоптанной земле, и Тир вновь оказался на исходной. Тяжело вздохнул, поднял взгляд на священника.
- Все мы - создания Отца. Всех нас Он любит, и никого не оставит. Но думать ты должен своей головой, - Тираэль отвернулся, полез в карман, долго там что-то искал, наконец, извлек яркий упаковку с жевательной резинкой, одну из которых сунул себе за щеку, а оставшиеся протянул Элайасу. - Будешь?

- Это не тот ответ, который я хотел бы услышать. Но я довольствуюсь и таким, - Элайас отступил на шаг, что бы ангел мог пройти к качелям.
- Ты ведешь себя не совсем, так как я думал должны вести себя ангелы, - заметил священник и присел на край песочницы, чуть поодаль от качелей. Полы его рясы тут же перепачкалась рыжим песком. От ангельской жевачки благоразумно отказался.
- Ты сказал – я должен помочь, - Элайас посмотрел на ангела снизу вверх. Обычно ему не так давали задания. Он не помогал, он истреблял. Ересь, нежить. Любую опасность, что грозила Церкви.

Мальчишка рассмеялся и ответил:
- Ой, ну, конечно же! Мы - совсем другие. Не... совпадаем с вами. То, что ты видишь - печать Сосуда. Часть характера. Привычки, - Тираэль замолчал, бездумно пялясь в пространство. Потом тряхнул головой, вновь находя взгляд Элайаса.
- Неважно. Помочь, да. В соседнем номере остановился Тьерри Бертран. Думаю... - ангел вновь склонил голову к плечу, словно прислушиваясь к чему-то. - Да, ага. Он уже проснулся. И ты сейчас проснешься. Вы вместе должны спасти души, запертые в этом городе.
Тир резко соскочил с качелей и одним движением оказался рядом с Элайасом. Потянулся и почти толкнул его ладонью в лоб, выталкивая его из сна в обычный мир.
- Вот... как-то так, - сказал он себе под нос, прежде чем выскользнуть из покинутого сна.

Сутки за рулем позволили усталости взять над собой верх, а ведь ехать оставалось совсем немного. Святой отец направлялся в Фарго, расположенный на границе Миннесоты и Северной Дакоты, там он планировал встретиться с профессором университета и обсудить некоторые аспекты демонологии, показавшиеся Бертрану очень даже убедительными в бытовом плане. Например, в своей недавно выпущенной книге учёный теоретически доказывал то, до чего сам Тьерри за долгое время охотничьей деятельности дошел опытным путём, методом проб и ошибок. Откуда этот человек мог столько знать, будучи профессором в университете, для святого отца пока оставалось загадкой, которую хотелось разгадать во что бы то ни стало.
Именно до наступления этой ночи Тьерри Бертран был абсолютно уверен в том, что в Редвуд-Фолсе он оказался совершенно случайно. Его глаза слипались, а веки тяжелели, в то время как администратор регистрировал пребывание нового постояльца, все мысли были только о кровати, раскладушке, лавке... Да что там, хотя бы на полу прилечь и вздремнуть чутка, чтобы набраться сил и встретиться наконец с этим удивительным исследователем в Фарго. Из приёмника на ресепшене полилась такое любимое и до боли знакомое Адажио, Тьерри смог послушать лишь начало, дальше ему вручили ключ, и ноги понесли Бертрана самостоятельно. Он сейчас присутствовало в двух местах одновременно: душа рвалась к приемнику у стойки администратора, а тело, уставшее и безнадежно отворачивающееся от искусства на другой бок в буквальном смысле этого слова, - принесло его в кровать.
Тьерри собрался, обратил свою последнюю молитву за день к Богу и забылся сном.
В объятиях Морфея святой отец провёл около пяти часов... или в объятиях ангела?
Проснувшись окончательно посреди ночи, он быстро вскочил с постели и побежал в ванную, где холодная вода привела мысли в логический порядок.
Несомненно, это был ангел Господень
Бертрана переполняли эмоции. За это время он осознал, что идёт правильным путём, уничтожая нечисть, это признано даже наверху. И его отказ от миссионерской деятельности вовсе не был отходом от истины. Но больше всего Тьерри был взволнован из-за того, что ему выпала такая огромная честь - его посетил ангел. Впервые в жизни он столкнулся с чем-то иным, нежели демоны. С тем, в кого верил и на кого рассчитывал, с верным божьим посланником.
Выходя из отеля и прогуливаясь по двору, встречая рассвет, Бертран убедил себя в том, что его избранность действительно была неслучайной, а раз так, он обязательно поможет вернуть город и его жителей на путь истинный. Осталось лишь найти Элайса Кейна, и да поможет нам Господь. Но кто он мог быть?
Охотник? Местный житель? Полицейский?
За время прогулки чувство сна улетучилось окончательно, лишь привычные человеческие инстинкты плотно давали о себе знать - в животе заурчало. А ведь и правда, святой отец последний раз принимал пищу вчера в обед.
Пора подкрепиться! На автостоянке вчера мелькнула приличная круглосуточная закусочная. Там если повезёт и узнаю что-нибудь об этом Кейне.
Оказавшись практически на пороге отеля, Бертран вдруг рассеянно полез в карман и понял, что собрался уходить без бумажника. Провидение настигло святого отца в коридоре возле своего номера буквально спустя 2 минуты - у двери его ждал молодой священник.
-Приветствую, уважаемый! Вы, случаем, не Элайас Кейн будете? Если да, то нам стоит многое обсудить. Приглашаю вас на завтрак.

Странное чувство прилива сил и эйфории охватило Бертрана, когда он услышал подтверждение своим словам. Перед ним действительно стоял тот самый Элайас Кейн, оказавшийся правда священником, но если подумать, ангел не стал бы связывать напарническими узами святого отца и, скажем, красавицу-охотницу. Хотя этому варианту Бертран порадовался бы больше - колючие глаза отца Кейна его несколько напрягали, оставалось рассчитывать, что первое впечатление обманчиво. За свою долгую жизнь в сане Тьерри повидал множество коллег, но этот был странноват и, на первый взгляд, диковат. Странно, значит с людьми он не работал. Может библиотекарь из скриптории? Или связан обетом? Интересный человек...
-Если бы вы спросили у меня это пять часов назад, я бы счёл вас фанатиком и попробовал бы отговорить вас от от подобных идей фикс. Но ночка сегодня была не из простых, я действительно видел ангела. И раз мы нашли друг друга столь быстро, значит это было угодно Всевышнему
Вывеска "Закусочная у Тоби" виднелась издалека, но еще более крупными буквами рядом красовалось "круглосуточно" и "Лучший стейк в Редвуд-Фолсе". Они уже подходили к зданию, а Тьерри уже задумался о том, не будет ли это вульгарным, если он сейчас закажет именно мясо. Вдруг его новый коллега придерживается постов, или вообще отказывает себе в еде - судя по худощавой фигуре вполне вероятно, что так оно и было.
-Администратор в отеле сказал, что здесь подают отличный салат с тофу, - как бы осторожно продолжил разговор охотник, давая понять Кейну, что выбор в заведении есть, не смотря на вывеску.
Они присели за один из столиков в абсолютно пустом зале, как тут же подбежала милая девчушка и принесла меню.
- Мне яичницу-глазунью из двух яиц, тост с джемом и чай с лимоном, - Тьерри передал меню Элайасу, а спустя несколько минут после того, как он сделал заказ, решил начать разговор первым.
-Я так понимаю, с этого дня мы напарники. И хотя я привык работать один, надеюсь, мы поладим. В городе творится что-то странное, ангел сказал, что он пропитан грехом, или что-то в этом роде. Я оказался здесь случайно, поэтому даже представления не имею, с чего стоит начинать. Вы - местный?
Последний свой вопрос Тьерри задал тогда, когда уже знал на него ответ. Конечно же нет, у него совсем не местный диалект...

И вновь ощущения не обманули Бертрана - его будущий напарник действительно оказался чрезвычайно замкнутым и немногословным. С одной стороны, так и должно было быть, сан священнослужителя не подразумевает под собой легкомысленность и чрезмерную болтливость. Но, по мнению Тьерри, способность адаптироваться в общество и поддержать разговор, святые отцы были просто обязаны иметь, иначе нет никакого смысла в этом подвиге спасения душ человеческих. Или же...
Конечно! Он скорее похож на отшельника, удалившегося от мирской жизни монаха.
Тьерри бесконечно уважал монашеские подвиги, ведь по своей сложности, включающей отказ от всех соблазнов этого мира, они не шли ни в какое сравнение с той работой, которой занимался Бертран. А уж после его частичного отхода от дел, святой отец и вовсе счел себя ужасным грешником на фоне этого духовно чистейшего человека.
Понятно, почему ангел Господень выбрал преподобного Элайаса, но я... к чему здесь я?
Лишь заказанный Кейном стейк немного вернул отцу Бертрану успокоение. Если он действительно был монахом, то не столь консервативным, как Тьерри привык думать. Он вяло поковырял в своей яичнице ножом и вилкой и пожалел о том, что не дал своему напарнику сделать заказ первым - Элайасу еще не поднесли мясо, но его аромат так сочно разносился по всему кафе, что яичница прямо-таки стала комом в горле. Тьерри упорно подавлял в себе первые признаки белой зависти.
Сухость, с которой высказывался Кейн немного отвлекла отца Бертрана от насущной проблемы питания, он всматривался в своего напарника и пытался понять, что в нем не так, что отличает его от остальных святых отцов церкви.
- Да, в некоторой степени это действительно можно назвать охотой. Когда-то я начал с изгнания бесов из ослабевших душ, но со временем выяснилось, что порождений тьмы гораздо больше, чем мы думали, - Бертран нанизал на вилку кусок яичницы, - Прихода у меня нет, я всегда занимался миссионерской деятельностью. С благословения канадского епископа стал заниматься тем, что вы сейчас назвали охотой на нечисть.
Тьерри не стал вдаваться в подробности своей биграфии, они вряд ли будут интересны такому сухарю, как Кейн.
-Мне цель также неизвестна, так что придется нам поработать рука об руку, чтобы что-то выяснить. Предлагаю начать с чтения утренних газет, там обычно всегда есть достоверная информация или отсылка к ней... - вот уж чего меньше всего в этой жизни хотел Бертран, так это иметь в своих руках такое орудие, как Кейн. Привычная монтировка казалась сейчас куда более надежной.

Что именно произошло за этим ранним завтраком, отцу Бертрану было не совсем понятно, в какие-то мгновения он чувствовал себя абсолютным невеждой, но случилось главное - он безапелляционно уверовал в то, что с Кейном они обязательно поладят. Пусть в присутствии этого священника о длинноногих загорелых девушках особо и не поразмышляешь вслух, но даже в этом были свои плюсы. Святой отец в принципе не должен был думать об этих самых девушках. Это было подобно испытанию. Элайас был очень похож на того, с кем в разговоре о слабом поле можно было использовать лишь слова "порок", "грех" и "женщина - лучший друг человека".
-Во всяком случае, они меня еще ни разу не подводили. Совсем недавно, обрывок газеты привел меня в соседний город, где я впервые встретился с сиреной. Невероятно, но факт. И здесь, я думаю, попытка не пытка, - Тьерри специально упомянул о языческом существе невероятной красоты, чтобы проследить за реакцией своего напарника.
Но Кейн даже глазом не моргнул, вместо этого он решил поведать Бертрану свою историю, насыщенную тяготами монашеской жизни в святая святых всея католичества - Ватикане. До Тьерри когда-то доходили слухи, что в Риме имеется охранительный оплот человечества, но до сегодняшнего дня он предполагал, что речь шла лишь о духовной стороне вопроса. Бертран с интересом вникал во все, что сейчас рассказывал его собеседник, и постепенно его глаза загорелись огнем.
История, описанная в голливудском фильме "Ван Хельсинг" с Хью Джекманом в главной роли прямо-таки обретала на глазах святого отца своего прототипа. Тьерри невольно улыбнулся, но даже услышав про вампирские гнезда и оборотней, он сдержал порыв поинтересоваться, не сбегал ли из их монастыря какой-нибудь никудышный послушник, чтобы впоследствии стать сценаристом.
- Отец Кейн, вы даже не представляете, насколько я рад узнать о том, что ваш покорный слуга не единственный, кто постоянно занимается охотой на нечисть. Я бесконечно благодарен Богу, что он свел нас с вами в этом небольшом американском городке, дабы мы могли обменяться премудростями. А что касается детективного дела, меня этому тоже никто не учил, все инстинкты начинают работать самостоятельно. Здесь только логика, плюс немного Агаты Кристи и Конан Дойла. Этого добра я успел начитаться в детстве.
Тьерри допил свой чай, ложкой вытащил со дна ломтик лимона и сунул его в рот. Кислота на несколько секунд затмила глаза миссионера, а спустя мгновение на столе уже лежала свежая пресса.
-Святой отец, а вы быстро учитесь! - Бертран достал из всей этой кипы самое, на первый взгляд, авторитетное издание и тут же поторопился надвинуть очки на нос, - А вот и первая зацепка, послушайте...
Следующие пять минут святой отец с чувством, с толком, с расстановкой зачитал статью с первой полосы. История нарушала все каноны религии, а вместе с этим и законы природы - в городе объявились воскресшие из мертвых. Судя по новости, она была уже далеко не свежая, трехдневной давности, но беспокоила умы жителей покрепче чего бы то ни было. Журналисты сбились с ног, выясняя происходящее, полицейские недоуменно пожимали плечами, местный священник назвал это бесовщиной, а большинство жителей города поторопились причислить Уилла Бёрка и Артура Гилла к лику святых. Многие уже который день сидели у домов воскрешенцев, чтобы дотронуться до них и излечиться от всех болезней. Но самое пристальное внимание Бертран обратил на интервью с супругой бухгалтера местной туристической фирмы, которая утверждала, что ее муж кое-что помнит из своей смерти.
Бертран закончил читать и на минуту замолк, пристально разглядывая фотографию Артура Гмлла, идущего с женой в направлении своего дома.
-Элайас... - Тьерри даже не заметил как от нетерпения перешел на "ты". - Посмотри-ка сюда. Тебе не кажется странной эта фотография?
Указательным пальцем он ткнул в ноги воскресшего - в том месте, где должна была красоваться его тень по соседству с тенью жены, зияла пустота.

Священник, не встречавший на своем пути доселе других охотников на нечисть, в эту минуту был необыкновенно заинтересован словами своего коллеги. Судя по всему, таких на свете немало. Тьерри Бертран хотел знать о них, иметь возможность встречаться с ними, пусть даже они являются преимущественно бирюками.
-Святой отец, а вы, случаем, не знаете, может быть в штатах есть какое-то оседлое охотничье место, где эти люди могли бы встречаться, общаться, или, если надо, объединяться во имя надвигающейся опасности?- Тьерри поправил очки на носу и устремил свой взгляд на улицу. Охотнику не хотелось выдавать своих мыслей, а были они чрезвычайно просты - другие охотники вряд ли превзошли бы самого Кейна в искусстве аутизма, а то что грубые..., нууу, здесь и сам Бертран был не без грешка. Попробуй не быть грубым, когда постоянно видишь смерть. -Я все же склонен полагать, что именно гибель близких их всех как раз должна объединять. С болью как у этих людей в одиночку долго не проживешь, либо страх возьмет верх, либо разум помутнеет.
Бертран немного отвлекся от газеты размышлениями на тему других охотников. Он уже практически позабыл о том, что еще вчера направлялся в Фарго к профессору института, где как раз надеялся выяснить, не является ли этот человек ловцом нечисти. Нынешняя ночь просто перевернула жизнь святого отца с ног на голову, сегодня ему были открыты глаза на многое, но, главное, он смог впервые в жизни увидеть форму без материи. Тьерри не видел ангела Господня глазами, но он постоянно ощущал его незримое присутствие, совсем как во сне.
На минуту сложилось впечатление, что батюшка задумался об отсутствии тени и судорожно откапывал в мозгу наиболее вероятные ходы, так оно и было, но лишь спустя некоторое время. О том, что они уже покинули заведение, он обнаружил лишь тогда, когда в 10 метрах от кафе его догнала официантка с требованием расплатиться за завтрак.
-О да, конечно! Простите, ради всего святого. Никакого злого умысла, я просто ушел в свои мысли...- Тьерри вручил несколько банкнот недоумевающей девушке и, неожиданно улыбнувшись, добавил, - Яичница просто объедение! Спасибо вам.
Далее Бертран дождался, когда это милое дитя их покинет и, наконец, на ходу изложил свои предположения.
-Вы правы, Элайас. Церковь в нашем лице действительно заинтересуется этим делом, но не для того, чтобы прикончить этих людей. Нельзя сейчас поддаваться эмоциям, нужно тщательно изучить обстановку. Если это вампиры или гули, то почему до сих пор никто не пропал в городе и не погиб? Это очень странное дело. Окажись в Рэдвуд-Фолсе обычные упыри, к нам вряд ли снизошел бы ангел Господень, сверхъестественная суета сует их не должна интересовать, - святой отец остановился привести дыхание в норму и определиться с вектором движения. Они находились на перекрестке трех дорог.
Эти люди выглядят слишком человечными, продолжают жить в семьях и работать, они дают интервью и позволяют докторам обследовать себя - это выходит за грани разумного, но похоже, что они действительно воскресли. Нам нужно встретиться с семьей Гилл, жена воскрешенного,судя по статье, сможет нам дать немного ценной информации!
Оглянувшись по сторонам, Бертран дал знак Кейну следовать за ним, и через 3 минуты они уже стояли возле телефонной будки и листали справочник с адресами.
-Вот оно! Джефферсон-стрит, 12! Пожалуй, пора набросить на себя легкий муар мессионерства.
С этими словами Бертран указал на стоянку, где был припаркован его автомобиль.

Отредактировано Тьерри Бертран (2011-08-08 18:38:14)